Джефф Бек

Jeff Beck

International Musician and Recording World, июль 1975, Jon Tiven

джефф бек

Со времен его новаторских работ с The Yardbirds, огонек гения в нем раскалялся добела, но лишь время от времени. Превосходный образец отмененных турне и упущенных возможностей, Джефф Бек отступил на те позиции, где есть возможность предусмотрительно манипулировать уровнем успеха. «Я ни на секунду не завидую Эрику Клэптону» — говорит он Дэвиду Синклеру.

Постоянно изображаемый как угрюмый диссидент, Джефф Бек оставил за собой яркий беспорядочный след, усеянный обломками разбитых гитар и расколотых групп. огонек гения в нем раскалялся добела, но лишь время от времени, и под конец его рабочий график опустился на уровень цепочки одиночных альбомов и списка отмененных турне, перемежаемых долгими периодами молчания и бездеятельности. Он остается необычайно одаренным инструменталистом, избравшим для себя карьеру, для которой он не подходит по темпераменту.

Его работы 60-х годов с The Yardbirds и первой Jeff Beck Group заработали ему место в святой троице британских рок-гитаристов. Сегодня, когда Эрик Клэптон продался, а Джимми Пейдж перегорел, Джефф Бек удалился на те позиции, где ему удобнее справляться с индустрией, печально известной своей изменчивостью и непостоянством.

«Что такое успех? — размышляет он, сидя в вест-эндской гостинице, аккуратно скручивая сигарету. — Вы говорите о высоких заработках, широкой известности, измочаленности, падениях и газетных заголовках? Это не успех, это катастрофа. Или ходить и рассказывать всем, какой ты молодец? От того, что у меня этого нет, мне хуже не стало. Я мог бы стать намного богаче, но куча лишних денег не принесет мне удовлетворения. Я смотрю на Эрика и ни на секунду ему не завидую

Может быть, я смог бы выдать неистовый инструментал и превратить его в хит, но тогда меня засосет в прежнюю трубу. В четверг будет Top Of The Pops, тебя покажут по телевизору, парень, и тебе уже не выбраться. Класс! Джефф Бек, „Hi Ho Silver Lining“! У меня до сих пор она камнем висит на шее. Мне это не нужно.»

Вместо этого в последние годы Бек обитал на краю владений рок-н-ролльной аристократии в качестве эдакого элитного наемника. Он работал на обоих альбомах Мика Джеггера и был впоследствии завербован в турне Джеггера по Дальнему Востоку, но ушел на одиннадцатом часу.

«Наверное, никогда еще у меня не было такой паршивой работы в сопровождающей группе. Чтобы сделать мне приятное, мне разрешили пригласить Саймона Филипса (ударник на пластинке 1980 года „There And Back“) и Дуга Уимбиша (басиста с альбома 1985 года „Flash“), и он, видимо, решил — раз уж я заполучил его группу, я заполучил и Джеффа. Но впоследствии выяснилось, что в программе стоят песни Rolling Stones, а мне не хотелось ехать в Австралию и в Японию, чтобы играть то, что придумал Кейт Ричардс. Я был недоволен.»

Случайная встреча с Дайаной Росс во время записи альбома «Flash» (продюсер — Найл Роджерс) привела к появлению Джеффа на альбоме Росс «Red Hot Rhythm'n'Blues».

"Я работал над наложениями в студии, а она зашла к Найлу. Мы представились, и она сказала (изображает американский акцент с придыханием): «Господи, ну у вас здесь и жара!» Я ответил: «Правда?» А она и говорит: «Я хочу сказать, музыка у тебя очень горячая. Может быть, как-нибудь заглянешь ко мне и добавишь жара моим пластинкам?»

И мы отправились в студию «Soundworks» — я испытывал благоговейный трепет перед ее золотым голосом. Я сыграл на паре песен, но альбом получился так себе. Я расстроился, потому что в глубине души мне хотелось бы сыграть на «Ain't No Mountain High Enough».

После этого гитара Бека сотворила бесчинство над изысканной структурой «Голубого Дуная» на пластинке Макларена «Waltz Darling» («У меня нет этого альбома, его хоть можно слушать?»), а затем исполнил блюзовые импровизации, аккомпанируя двойнику Джона Ли Хукера в исполнении Ленни Генри в клипе «Live And Unleashed».

Его первый альбом после «Flash», преимущественно инструментальная подборка, озаглавленная «Jeff Beck's Guitar Shop», выходит в начале октября. На ней можно будет услышать клавишные Тони Хаймаса — давнего приверженца Бека, который исполнил все басовые партии, используя сэмплированный бас, и свирепые барабаны Терри Боззио, потрясающе одаренного музыканта, который выступал с Фрэнком Заппой и обращается с игрой на ударных как с видом боевых искусств.

Бек — большой друг Питера Ричардсона из Comic Strip (ударник Паук из Bad News), и в прошлом году перед рождеством он появился на сцене вместе с Брайаном Мэем как специальный гость на концерте Bad News в клубе Marquee. Одна из выдающихся композиций на «Guitar Shop», «Big Block», представляет собой коллаж, состоящий из обрывков энергичных блюзовых риффов, который явно был вдохновлен связями с Comic Strip.

«Мы болтались в студии Chipping Norton, устроили что-то вроде вечеринки... С нами был Терри Боззио, один из лучших ударников мира, установивший в стеклянной кабине инструменты на миллион фунтов, Тони Хаймас на клавишных, я с усилителями и прочим оборудованием... Найджел Плейнер на ритм-гитаре, Эйд Эдмондсон и Рик Майалл, лихорадочно записывающие всякие Granny's Dead Blues на обрывке туалетной бумаги, сочиняя невероятно смешно блюз на рифф „I'm A Man“. Прямо в середине Терри выдает дробь, я подхватываю, играю так, как в жизни не играл. Вот мы и решили исполнить блюз на этом альбоме, но без Найджела и остальных. Извините, ребята.»

Этот эпизод открывает неожиданную сторону Бека, и кажется, что какая-то его часть получает удовольствие от возможности освободиться от оков виртуозности.

«Помню, как мы разговаривали с Лемми после того, как я выпустил концертный альбом с Яном Хаммером (1977). Он сказал: „Джефф Бек — лучший гитарист в мире. Он бренчит на гитаре, и все умирают со скуки.“ (смеется). Но он, наверное, высказал точку зрения многих людей. Нельзя доводить себя до такого состояния, когда людям ничего не остается делать, кроме как сидеть с открытыми ртами. Нужно выдавать то, что люди смогут оценить и понять, от чего они получат удовольствие.

Я всегда — еще когда ходил в коротких штанишках — считал, что совершенствоваться — значит становиться лучше, но если не следить за собой, можно выпасть из общей картины. Послушайте рок-н-ролл 50-х. Они не умели играть со скоростью миллион нот в секунду, но их пластинки — сами по себе памятники. Если бы на землю спустился инопланетянин и спросил бы у меня, что такое рок-н-ролл, я поставил бы ему „Hound Dog“ или что-нибудь из песен Чака Берри.»

Бек родился 24 июня 1944 года неподалеку от Ричмонда в графстве Суррей, и в юности его музыкальное воображение подогревал американский рок-н-ролл 50-х. Он быстро научился копировать импровизации Эдди Кокрэна и Бадди Холли, после чего его увлекла более искушенная техника Чета Аткинса и гавайская гитара Бадди Эванса. Он работал с местной подающей надежды ритм-энд-блюзовой командой Tridents, когда в марте 1965 года ему подвернулся шанс занять освободившийся после ухода Эрика Клэптона пост в группе Yardbirds.

«Эрик решил, что не хочет играть ради денег. Он хотел играть блюз. Блюз был — и остается — его сильной стороной. Он нашел Джона Майалла, которого достойно принимали в клубах, и такая работа его вполне устраивала — ночь напролет играть песни Отиса Раша, в отличие от незрелых Yardbirds, исполнявших смесь блюза и попа. Им понадобился гитарист, и я занял это место за двадцать фунтов в неделю. На протяжении всего времени. Ублюдки».

Но зарплата, несомненно, выросла?

«Ага, до двадцати пяти фунтов.»

Восхождение Yardbirds к славе началось практически в тот же момент, как к ним присоединился Бек — хитами по обе стороны Атлантики становились «For Your Love», «Heart Full Of Soul», «Shapes Of Things», «Over Under Sideways Down» и так далее. Манера игры Бека значительно опережала свое время, так как он экспериментировал с фоном, искажением, необычной настройкой и звуками разрушения.

Синдром злоупотребления терпением гитар и усилителей впервые проявился у Пита Тауншенда из The Who, но Бек находил в этой практике почти извращенное удовольствие. В своей непристойной и восхитительно занимательной книге «You Don't Have To Say You Love Me», бывший менеджер Yardbirds Саймон Нэпьер-Белл (позже — менеджер Wham!) вспоминал, какова была дорожная жизнь рядом с Беком:

«Концерт за концертом ковылял он кругами по сцене, заколачивая гриф своей гитары в колонки и топча ногами чувствительные пульты управления. Я оставался пленником своего номера в Чикаго Хилтон, обзванивая всю Америку в поисках усилителей „Маршалл“ и заказывая самолеты, чтобы успеть доставить их к следующему вечеру, когда их не преминет уничтожить раздражительный Бекинг.»

"Да эти усилители никогда не работали, — презрительно говорит Бек. — Однажды я выбросил этот усилитель из окна. То ли в Фениксе, то ли в Тусконе. Вентиляция сломалась. Стояла невыносимая жара, градусов 140, усилитель захрустел и потом взорвался. Кажется, это был «Вокс», и я швырнул его в окно. Кабель крепился к нему намертво, только поэтому он не упал на голову проходящему мимо человеку. Усилитель болтался прямо у него над головой. Господи, какими же бы были головорезами.

"В тех американских клубах атмосфера была напряженной. Среди публики выделялся определенный сегмент людей, которым хотелось убить всех, кто появлялся на сцене. Девушки кричали и всячески проявляли интерес, но их парни — сплошная деревенщина в клетчатых рубашках, сержанты поганые, с прическами вьетнамских солдат. Астматик Кейт (Рельф) прикладывался к своему ингалятору, встряхивал белокурой шевелюрой под Брайана Джонса и начинал петь «I'm A Man». Мы никогда не знали, доберемся мы живыми до дома или нет.

У Кейта была маниакальная депрессия, ему хотелось убивать всех подряд. Он читал «Guns And Ammo» и разрабатывал идеальное убийство. Да нет, просто он все время вел себя очень цинично во всех отношениях. Но мы и сами были абсолютно невменяемыми. Безнадежно пьяными.

Неудивительно, что с такими рекомендациями Микеланджело Антониони выбрал группу в качестве символа нигилистических ценностей Лондона той эпохи для своего пресловутого фильма «Blow Up», живописующего контр-культуру.

"Антониони, нескладный мерзавец. Они воссоздали клуб «Ricky Tick» в мельчайших подробностях, вплоть до жвачки на креслах. И он говорит мне (изображает итальянский акцент): «Мы хотим, чтобы ты разбил свою гитару». Я отвечаю: «Сейчас, „Лес Пол“ 1954 года, и вы хотите, чтобы я его разбил? Идите вы.» Он говорит: «Не смеши меня, мы за нее заплатим». Я ответил, что такую гитару нельзя заменить. И тогда они велели «Хофнеру» привезти дерьмовых гитар. И у меня появился целый ящик идиотских гитар по 25 фунтов. Эти гитары все равно разве что на помойку годились, и я приканчивал их по три-четыре штуки разом, пока представитель «Хофнера» стоял рядом и наблюдал. Он решил, что это очень весело".

На басу в Yardbirds к тому времени играл некий Джимми Пейдж, пришедший в группу после Пола Сэмвелл-Смита («Он захотел стать Филом Спектором»). В результате бас перешел к ритм-гитаристу Крису Дрейя, и на Yardbirds на время вытянули счастливый билет, получив двойную соло-гитару в лице Пейджа и Бека.

«Ничего хорошего не вышло, и продолжалось это не больше трех месяцев. Слишком мало было контроля, к тому же, мне не хотелось делить свое выигрышное место. Я хотел все прибрать к рукам. Я думал, какого черта, я столько работал, что же мне теперь, делиться?»

В октябре 1966, отыграв два концерта американского турне, Бек предоставил Пейджа и Yardbirds своей судьбе и занялся сольной карьерой. (Нэпьер-Белл уверяет, что дело было в том, что усилители подошли к концу.) После цепочки неправдоподобных хитов, состоявшей их «Tallyman», «Love Is Blue» и вездесущей «Hi Ho Silver Lining», созданных под управлением Микки Моста, он организовал собственную команду, Jeff Beck Group с Родом Стюартом и Роном Вудом а бас-гитаре. Их дебютный альбом, «Truth», увидевший свет в августе 1968 года, наметил путь, которым впоследствии пошли многие исполнители тяжелого рока. Бек был убежден, что Джимми Пейдж с излишней вольностью позаимствовал часть его идей, и вспоминает смешанные эмоции, охватившие его после прослушивания дебютного альбома Led Zeppelin, вышедшего через год.

«Я чувствовал себя ошеломленным, шокированным, раздосадованным, польщенным и до некоторой степени взбешенным. Но у них был шикарный вокалист. Но, если бы Род... может быть, если бы я лучше держал себя в руках, направлял Рода... Что сделано, то сделано. Тогда каждый день шел за год, невозможно было смотреть на мир в перспективе, мы боролись только за завтрашний день.

Роду не нравилось, что я использую его как вокалиста. Думаю, его больше бы устроило, если бы у группы было нормальное название. Наверное, ему не нравилось играть вторую скрипку. Жаль, что мы не дождались чего-нибудь более интересного, ведь мы выпустили всего два альбома, а о них до сих пор говорят. И все-таки, намного позже, после того, как он нацепил облегающие задницу штаны, когда на его концертах стал появляться отряд ухоженных дамочек средних лет, он позвонил мне, мы записали „People Get Ready“ (1985), все выглядело прямо-таки радужно. Замечательно, что мы закопали топор войны. Он пел на совесть, но пластинка успеха не имела».

В 70-х, после преодоления синдрома Blind Faith в виде объединения с бывшей ритм-секцией Vanilla Fudge в группу Beck Bogert & Appice — «Изначально предполагалось, что вокалистом будет Род, но он только сжался и отполз в сторону» — Бек отказался от попыток найти вокалиста и сосредоточился на инструментальной музыке. Его альбом 1975 года, «Blow By Blow», продюсером которого стал Джордж Мартин, достиг 4 позиции в Америке, где он, как и следующая пластинка, «Wired», разошелся миллионным тиражом. Работа с группой Яна Хаммера закончилась единственным концертным альбомом Бека, но несмотря на то, что десятилетие закончилось достойным альбомом «There And Back», Бек начал терять интерес.

«За одно турне Эрик дает больше концертов, чем я сыграл после 1980 года. Я попросту не смогу жить, выступая каждый вечер. Я играю на такой напряженной высоте, что каждую ночь это повторять невозможно. Основа музыки — импровизация, и если эта ее сторона иссякнет, нельзя полагаться на то, что замаскируешься коммерческим саундом. У меня просто недостаточно такого материала, чтобы играть его как следует. Бывают времена, скажем, когда ты оказываешься на сцене Мэдисон-сквер-гарден и думаешь, что все отдал бы за полчаса классных роковых песен, подходящих для стадиона. Но мне нужна другая музыка, такая, которая не будет покушаться на прошлые достижения, с которой можно почувствовать, что делаешь нечто новое.»

В момент написания этой статьи в расписании Бека числятся первые гастроли по Британии после тура There and Back в 1981 году. Он репетирует с Тони Хаймасом и Терри Боззио, планируя выступать втроем, без гитариста.

Тем временем его главной страстью остается реставрация классических гоночных машин в гараже собственного поместья в Танбридж Уэллс. "Сейчас я работаю над «фордом-седаном» и «фордом-купе» 1932 года.

Недавно он ездил посмотреть на старых приятелей, группу Топа Топэма и Джима Маккарти, игравшую в своем обычном месте, «Стейшн Тэверн» на Лонг-латимер-роуд... Маккарти был ударником Yardbirds на протяжении всей истории группы, а Топэм — их первый (еще до Клэптона) гитарист.

«У них очень компетентная блюзовая группа, — признает он. — С ними всегда интересно. Я всегда рад видеть Джима, потому что мы отлично ладили. Мы вели себя как комедийный дуэт, при одной мысли о нем я готов хохотать до упада. Когда мы встречаемся, такое ощущение, будто никакой воды и не утекало».

Но ваши судьбы сложились на удивление по-разному. Как же он зарабатывал на жизнь все эти годы?

«Бог его знает. Я не спрашиваю».

  • facebook Рекомендовать на Facebook
  • twitter Поделиться в твиттере
  • vkontakte Поделиться в контакте
  • rss Подписаться на комментарии
  • bookmark Добавить закладку в браузер

Оставить комментарий


Клуб любителей британского рока - rockisland