Вопросы и ответы

John Cale

Rolling Stone, 17 октября 1996, Эл Уизел

вопросы и ответы

Джон Кейл сидит в ресторане в нижнем Манхэттене, откуда рукой подать до месте, где они жили с Луи Ридом и покойным Стерлингом Моррисоном в шестидесятых – в период расцвета Velvet Underground. Он старается не обращать внимание на раздирающие уши кошачьи вопли сидящих неподалеку детей, сохраняя то же невозмутимо-отсутствующее выражение лица, с которым, должно быть, пережил краткое несчастливое воссоединение VU.

Малыш выползает из объятий мамаши и, прижимаясь к ненадежной спинке скамьи, ползет к Кейлу, словно демоническое дитя из TRAINSPOTTING. Но, видимо, ничто не может досадить Кейлу, чье загорелое, покрытое морщинами лицо выглядит хладнокровным и спокойным. Имея в активе два саундтрека (BASQUIAT и I SHOT ANDY WARHOL), он только что выпустил WALKING ON LOCUSTS, первый сольный поп-альбом за десять лет. Эта пластинка, в записи которой приняли участие Морин Такер и Дэвид Бирн, – наиболее законченное и доступное произведение со времен шедевров семидесятых — PARIS 1919 и FEAR.

— По сравнению с предыдущими пластинками, этот альбом…

— Более легкий.

— Вы намеренно стремились создать общедоступную пластинку?

— Я не хотел навязываться. Не хотел заниматься нравоучениями. «Secret Corrida» – песня о Боснии, но я убрал все конкретные упоминания, чтобы она звучала метафорично. Я работал с марокканскими ударниками — потрясающими музыкантами, но их невозможно остановить! Я говорил: «Ребята, нельзя ли чуть-чуть поспокойнее?»

— Почему вы так долго не выпускали сольных альбомов?

— Я переключился на ритм-секцию и вернулся к истокам – хотел понять, с чего же, собственно, я стал заниматься музыкой. Я вернулся к оркестровкам, к Дилану Томасу. Его распевное построение фраз очень ритмично.

— Как вам понравилось работать с Дэвидом Бирном над «Crazy Egypt»?

— Мы друг друга давно знаем, наши дочки вместе играют. Но работать с ним раньше не доводилось. В студии он очень спокоен. Он улучшил рабочее настроение в студии. Произвел на меня большое впечатление. Он говорил мало, но если говорил, то по существу.

— Когда вы в последний раз встречались в Уорхолом?

— Мы занимались на тренажерах. Старая Фабрика стала производить ковры, поэтому везде лежали всякие коврики. Он записывал, сколько он сделал каких упражнений. Он занимался каждый день, сильный был, как бык. Я упражнялся с ногами, он работал на велотренажере. Как раз родилась моя дочь, я бросил пить и развернул обмен веществ на 180 градусов.

— Расскажите какую-нибудь шутку Уорхола.

— Я записал один альбом (HONI SOIT) и сказал ему: «У меня нет ни названия, ни обложки». Он ответил: «Слушай, Джон, мы большие друзья с Йоко. Может быть, тебе с ней сфотографироваться и назвать альбом „JOHN AND YOKO“?»

— Почему Velvet Underground распался во второй раз?

— Каждый хотел играть какие-то определенные песни, что мы и сделали, а потом мне захотелось заняться чем-нибудь новеньким. Но вместо этого мы перешли к придиркам и выяснениям оттношений, в чем я не видел никакого смысла. К тому же, под конец нам приходилось терпеть невероятное количество оскорблений от Лу. Всегда наступает момент, когда ему надо подмять все под себя. Он очень быстро забывает все свои обещания.

— Неужели ему сложно проявить великодушие, с его-то славой?

— Понятия не имею. Когда мы познакомились, он был личностью хрупкой и очень неустойчивой. Любая ситуация могла разрешиться самым неожиданным образом. В начале, когда мы только встретились, великодушие в нем присутствовало, и я предпочитаю помнить его таким. Лучшего гида по Нью-Йорку и его клоакам я не мог бы себе пожелать.

— В биографии Рида «Transformer», написанной Виктором Бокрисом, говорится, что родители пытались «вылечить» некоторые черты его характера методом электрошоковой терапии. Это правда, как вы думаете?

— Я знаю, что правда. Не представляю себе, откуда он набрал подобный материал. Никто из членов группы в этом не участвовал – одно из условий нашего турне. Наверное, у Лу есть определенные проблемы с восприятием действительности. Книга на 90 процентов правдива.

— Вы продюсировали первый альбом Патти Смит – «HORSES».

— Мы так ругались! У Патти есть манера вести разговор, как будто она боксер на тренировке. Первым делом я отобрал у всей группы их жуткие инструменты, ужасно расстроенные и покоробленные. Весь день я их настраивал, а потом оказалось, что группа стала звучать препаршиво. И я достал им новые инструменты. Дал этим ребятам, впечатлительным музыкантам, новые гитары, чтобы они сыграли так, как привыкли. Но результат невозможно переоценить.

— Что вы думаете о современной молодежи?

— О поколении группы The Beck? Фантастика, черт возьми! В рок-музыке давно ничего подобного не происходило. Я как-то включил Top of the Pops и увидел, как этот парень скачет и поет «I'm a loser.» Я подумал – а это еще кто? Он производил именно такое впечатление, какое и должен производить рок-н-роолл.

— Вы выходите в интернет?

— Да. Недавно я искал статистику по преступности в Китае. Хотел узнать, какие у них существуют молодежные проблемы. У них бывают серьезные беспорядки из-за предпринимательства и неравенства между разными провинциями.

— Если бы вы давали Луи Риду рекомендацию для нового места работы, что бы вы написали?

— Работяга.

— Какую бы вы хотели для себя эпитафию?

— В библиотеке разговаривать воспрещено.

  • facebook Рекомендовать на Facebook
  • twitter Поделиться в твиттере
  • vkontakte Поделиться в контакте
  • rss Подписаться на комментарии
  • bookmark Добавить закладку в браузер

Оставить комментарий


Клуб любителей британского рока - rockisland