Andrew Loog Oldham

Andrew Oldham

Эндрю Луг Олдэм

Родился:
29 января 1944

Сайт:
AndrewLoogOldham.com

Менеджер:
The Rolling Stones, Marianne Faithfull, The Nice, Small Faces

мастер шоковой терапии

Когда в одно апрельское воскресенье девятнадцатилетний Эндрю Олдэм садился в поезд, направляющийся в Ричмонд, он никак не мог предполагать, что эта поездка изменит, ни много ни мало, ход истории. Он ехал туда посмотреть одну из восходящих ритм-энд-блюзовых групп по просьбе редактора New Musical Express Питера Джонса — ему Эндрю никак не мог отказать, поскольку работал пресс-агентом и с журналистами дружил. Откровенно говоря, он поехал туда только потому, что поезд на Ричмонд шел из Хэмпстеда, где жил Эндрю, без пересадок.

То, что Олдэм увидел и услышал в клубе привокзального Ричмондского отеля 28 апреля 1963 года, перевернуло его жизнь.

«Я никогда не слышал ничего подобного. Я был покорен. Все мои приготовления, амбиции, устремления внезапно обрели цель. Я почувствовал, как разрозненные элементы объединяются в единую картину — в нужном месте, в нужное время, замыкая все противоположности. Музыка была настоящей, сексуально насыщенной благодаря сидящей на табуретах троице и теми, кто оставался за их спинами. Музыка тянулась ко мне, растворялась внутри. Я испытал полное удовлетворение. Я был влюблен. Я услышал гимн национального звука. Я услышал звуки национального гимна. Я услышал то, что всегда хотел слышать. Я хотел, чтобы музыка стала моей; она уже принадлежала мне. Все, что я делал до сих пор, было подготовкой к этому моменту. Я увидел и услышал то, ради чего жил».

На следующее утро Олдэм поставил точку на первой главе своей жизни. Прямо с утра он позвонил своему работодателю Брайану Эпштейну и корректно сообщил, что уходит с должности лондонского пресс-агента Битлз, чтобы стать менеджером группы Роллин' Стоунз, и даже предложил Эпштейну заняться новой группы совместно — на что тот ответил столь же вежливым отказом. Повесив трубку, он вздохнул с облегчением и принялся переписывать правила игры.

Эндрю Олдэм был непохож ни на кого из традиционных менеджеров поп-звезд. Неприлично молодой, вызывающе безупречно одетый, умело играющий своим акцентом выпускника частной школы, он так же легко располагал к себе, сколь и вызывал раздражение. И за очевидным, на первый взгляд, успехом Роллинг Стоунз стояли годы работы Эндрю над собой — и над окружающими.

Незаконный сын погибшего на войне пилота из Техаса Эндрю Луга и Селии Олдэм, одержимой стремлением вырваться из порочного круга послевоенной нищеты, Эндрю с детства привык вести жизнь, полную противоречий. Застенчивый и сдержанный по натуре, он с ранних лет репетировал общение с людьми, разыгрывая роли из любимых фильмов. Одним из таких фильмов был Expresso Bongo, в котором импресарио Джонни Джексон делает поп-звезду из увиденного в кафе певца. Но не Бонго Херберт в исполнении Клиффа Ричарда стал кумиром Олдэма, а стареющий Джонни, по-уличному реальный и по-человечески мудрый, истинный победитель в игре шоу-бизнеса.

К моменту встречи со Стоунз Эндрю успел поработать мальчиком на побегушках в модном бутике Мэри Куэйнт, покрутиться в богемных кругах Сан-Тропе, накопить опыта на должности пресс-агента Брайана Эпштейна, подружиться с Филом Спектором и набрать собственную небольшую клиентуру.

Благодаря столь богатому опыту и несомненному таланту манипулятора, начинающий менеджер семимильными шагами преодолел все возникшие осложнения. Будучи несовершеннолетним, Эндрю не имел права заниматься агентской деятельностью; значит, необходим был партнер, обладающий необходимой квалификацией и при этом не составляющий конкуренции на основном игровом поле. Такой партнер нашелся в лице Ерика Истона — седеющего профессионального агента, у которого Олдэм снимал офис. Далее выяснилось, что у Роллингов, собственно, уже есть менеджер: владелец клуба, где играли Стоунз — Джорджио Гомельски, находящийся в отъезде в связи со смертью отца. Эта проблема решилась просто — Олдэм заключил приватный альянс с Брайаном Джонсом и Миком Джеггером, и Гомельски оказался не у дел. Изящным движением Энди отсек и клавишника Яна Стюарта, недостаточно молодого, недостаточно красивого, недостаточно сценичного — и Стоунз стало пятеро, идеальное число. Срежиссировал спектакль «я-ухожу-из-группы-пожалуйста-верните-мой-контракт-
я-заплачу-компенсацию», разыгранный Брайаном перед звукоинженером Глинном Джонсом, чтобы освободить группу от контракта со студией IBS. И в завершение с подкупающей искренностью вклинился в трио Джонс-Джеггер-Ричардс, съевших вместе не один пуд соли в холодной квартирке на Эдит-Гроув, отодвинув Брайана в сторону и сделав ставку на Джеггера, в котором безошибочно распознал хладнокровное, безжалостное стремление к славе.

«Звезды должны быть убийцами, наносить удар первыми — и последними. Им приходится быть настолько одержимыми сиюминутным восприятием самих себя, что это уже не одержимость — это реальность, логическая и естественная. Они не знают раскаяния, когда убивают, когда становятся сутенерами, когда становятся шлюхами. И это честная сделка: они нужны миру, мир нужен им…»

Запомнив совет Спектора «никогда не заключать прямых контрактов с компаниями грамзаписи, а записывать пластинки самому», Олдэм объявил себя продюсером пластинок своих подопечных. На первой же сессии выяснилось, что он не имеет понятия о том, что записи с четырех дорожек нужно смикшировать воедино. Но всего лишь год спустя его объявят продюсером «одного из величайших белых рок-альбомов мира».

С помощью инженера Роджера Сэвэджа все-таки записав демо Come On, Эндрю отправился с ним в компанию, которая показалась ему очевидным выбором: в «Декку». «В конце концов, они отказались от Битлз, может быть, они не впадут в панику и подпишут договор. Я не считал нужными стучаться в десять дверей. Я считал нужным выбрать всего одну и выбить ее с размаху. То есть, дверь в „Декку“. Роллинг Стоунз не пришлось выступать перед ними, чтобы получить контракт; выступали мы с Эриком».

В результате на свет появился сингл Come On, даже занявший место в национальном чарте; Эндрю провел первую фотосессию, запечатлевшую Стоунз в их всклокоченной, агрессивной, неприбранной прелести; благодаря связям Истона, группа попала на телевидение. Теперь у Олдэма и Стоунз было все, чтобы завоевать мир. Или почти все.

Группе катастрофически не хватало музыкального материала. Хорошо было играть каверы в пригородных клубах, но для пластинок требовалось что-нибудь посерьезнее. Песню для второго сингла Эндрю подарила, как в сказке про Золушку, добрая фея в лице Джона Леннона и Пола Маккартни; этот инцидент дал Олдэму и Роллингам понять, насколько им еще далеко до профессионализма Битлз. Джеггер и Ричардс песен писать не умели, не стремились и всячески сопротивлялись уговорам менеджера. Но Олдэм был уверен, что каждый в состоянии исполнить написанную им роль, в конце концов просто запер Джеггера и Ричардса в пустой квартире со словами: «Чтобы к моему приходу была готова песня, если вы хотите, чтобы я принес вам поесть».

«Я вернулся, тихо пробрался через парадную дверь, на цыпочках прошел наверх и у входа в квартиру прислушался. К своему удовольствию, я услышал, что Мик и Кейт работают. Я расслышал звуки гитары, голосов, разговора: для меня это означало, что песня есть. Я снова спустился вниз, громко хлопнул дверью, поднялся по лестнице, отворил дверь, улыбнулся Мику и Кейту и спросил: „Ну как?“ Мик, голодный и оскорбленный, ответил, что они написали эту чертову песню и что если она мне не понравится, он меня убьет».

В апреле 1964 года, через год после исторической встречи, у Роллингов за плечами было три успешных сингла и альбом, возглавивший английские хит-парады; вовсю шла подготовка к первому американскому турне. Так начиналась история второй по величине группы мира, антитезы Битлз, столь же органично дополняющих их, сколь и разительно от них отличающихся — одиссея Роллинг Стоунз.

Однако влияние Эндрю Олдэма на поп-культуру шестидесятых отнюдь не ограничивается его вкладом в историю Стоунз. Одним из его многочисленных проектов был Andrew Loog Orchestra, симфонический оркестр, выпустивший несколько альбомов с обработками известных хитов; другим — формирование образа и творческого становления еще одной иконы шестидесятых — обладавшей харизмой падшего ангела Марианны Фейтфул («В тот момент, когда я увидел Марианну, я увидел свою новую авантюру, следующую настоящую звезду. В иные века ради таких девушек поднимали паруса и выходили в море; в 1964 году их приглашали в студию»); участие в организации первого хипповского поп-фестиваля в Монтерее; и, наконец, организация независимого лейбла Immediate, который — невзирая на недовольство артистов несколько поверхностным и манипулятивным подходом Эндрю — выпустила на большую арену таких музыкантов, как Джимми Пейджу, Майку Д'Або, The Nice, Amen Corner, The Poets, Les Fleurs De Lys, Humble Pie и Fleetwood Mac…

К 1967 году в отношениях Эндрю и Роллингов наметилась неизбежная трещина; давали знать о себе личные проблемы неуравновешенного, склонного к депрессиям Олдэма и растущая самоуверенность повзрослевшего, не нуждавшегося больше в менторах Джеггера. Так или иначе, между той группой, которая в 1963 панически боялась писать собственные песни, и той, которая вошла в студию «Олимпик», чтобы записать Their Satanic Majesties Request, лежала пропасть.

«Брайан болтался за своим Хэммондом, похожий на Марлона Брандо в „Апокалипсисе сегодня“, если бы тот носил светлый парик и был законченным наркоманом… он поднимал холодные кобальтовые мраморные глаза от клавишей и удивлялся, что настала и моя очередь. Стю пожимал плечами, ронял голову на сложенные на крышке рояля руки и ждал, пока его трехаккордное чудо покусает свою жертву за пятки. Билл болтал со смущенным Чарли и притворялся, что ни его, ни меня здесь нет. Кейт изучал свою гитару, свои скрюченные пальцы и игнорировал меня — именно в такой последовательности…»

И в один прекрасный день Эндрю вышел с репетиции и больше не вернулся. Как когда-то с Брайаном Эпштейном, по телефону он попрощался с Джеггером, потом уехал домой и впал в глубочайшую депрессию. Мик Джеггер сообщил прессе, что отныне музыканты группы сами будут вести свои дела. Эндрю Олдэм публично ответил, что они расстались, потому что стали больше не нужны друг другу.

После разрыва с Роллинг Стоунз и финансового краха Immediate Эндрю Олдэм переехал в Америка, затем обосновался в Боготе; несколько раз он возвращался в шоу-бизнес, поработав с Донованом, Humble Pie и Werewolves, а в 2000 году начал публикацию нашумевшего двухтомника воспоминаний — Stoned и 2Stoned, откровенного, честного, подчас шокирующего и великолепно написанного рассказа о себе, о Роллинг Стоунз и об ушедшей эпохе.

  • facebook Рекомендовать на Facebook
  • twitter Поделиться в твиттере
  • vkontakte Поделиться в контакте
  • rss Подписаться на комментарии
  • bookmark Добавить закладку в браузер

Оставить комментарий


Клуб любителей британского рока - rockisland